Терапия как №1 применение LLM в 2025 году. Что показывают данные Harvard Business Review.
В апреле 2025 года Harvard Business Review опубликовал второе издание своего отчёта о том, как люди на самом деле используют большие языковые модели (LLM). Первое место в списке ста самых распространённых применений занимает не написание кода, не создание маркетингового контента и даже не обучение. Первое место занимают терапия и общение (companionship). Три из пяти самых распространённых применений — терапия, организация собственной жизни и поиск смысла — по своей природе связаны с самореализацией и эмоциями. Это явный сдвиг по сравнению с 2024 годом, когда в топ-пятёрке доминировали технические и творческие применения.
Что на самом деле показывают данные
Автор отчёта, Marc Zao-Sanders, — соучредитель filtered.com, компании, создающей решения на основе AI, — конфликт интересов, который стоит иметь в виду при чтении. Методология отчёта опирается на качественный анализ постов на Reddit и Quora и цитат пользователей, с экспертной оценкой воспринимаемой полезности и масштаба влияния. Это важное ограничение: исследование не показывает, сколько людей в популяции используют LLM терапевтическим образом или с какими последствиями для здоровья. Что оно показывает, так это чёткий паттерн: пользователи говорят об этих инструментах на языке, до сих пор зарезервированном для помогающих отношений.
Первая десятка выглядит так: терапия и общение, организация собственной жизни, поиск смысла, поддержка обучения, генерация кода, генерация идей, развлечения и глупости, исправление кода, творчество, более здоровый образ жизни. Внутри первой категории автор различает два явления — терапию, понимаемую как структурированную поддержку в проработке психологических трудностей, и общение (companionship), понимаемое как постоянную социальную и эмоциональную связь. Они сгруппированы вместе, потому что оба отвечают фундаментальной человеческой потребности.
Три слоя размышления для профессии
Регуляторный слой. Общедоступные языковые модели не являются медицинскими изделиями по смыслу европейского MDR (Medical Device Regulation). Они не подлежат валидации клинической эффективности, не несут обязательства сообщать о нежелательных явлениях, а их поставщики не несут клинической ответственности за разговоры с пользователями. Тем не менее пользователи часто относятся к ним как к квазитерапевту — описывают симптомы, делятся травмой, просят интерпретировать сны или конфликты. Открывается разрыв между тем, как инструменты используются на самом деле, и действующими регуляторными рамками.
Этический слой. Отношения с LLM не предполагают информированного согласия на участие в терапевтическом процессе в смысле профессиональных стандартов. Нет непрерывности отношений, нет супервизии, нет профессиональной границы. Нет и уверенности в конфиденциальности — сам автор отчёта отмечает, что эти инструменты не могут заменить профессиональную помощь или гарантировать конфиденциальность данных. Цитаты пользователей, приведённые в отчёте, включают материал, касающийся травмы, неврологической травмы и семейного стыда — материал, который в кабинете терапевта требовал бы тщательной концептуализации и супервизорского надзора.
Клинический и дидактический слой. CBT-психотерапевты узнают здесь паттерн, который стоит назвать. Обращение к LLM может поощрять когнитивную разгрузку (cognitive offloading) — внешнее делегирование интеллектуальной и эмоциональной работы, развитие которой является самой целью многих терапевтических вмешательств. У пациентов с эмоциональной дисрегуляцией это усиливает паттерн поиска немедленного облегчения. Для терапевтов на раннем этапе обучения риск аналогичен: эффект якорения на гипотезах, сгенерированных моделью, ещё до того, как успело сформироваться независимое клиническое мышление.
С другой стороны, данные HBR показывают масштаб неудовлетворённой потребности. Барьеры доступа к профессиональной психотерапии — финансовые, географические, связанные с компетентностью, культурные — реальны. Если сотни миллионов людей по всему миру ищут психологическую поддержку в инструменте, лишённом клинической валидации, то вывод для профессии должен состоять не в осуждении этого явления, а в вопросе, как расширить доступ к качественной помощи.
Где в этом ландшафте находится Therapy Support
Therapy Support — не инструмент, описанный в отчёте HBR. Это не терапевтический чат-бот для пациента. Он не заменяет разговор с психотерапевтом. Это AI-платформа для терапевта — ассистент, который организует документацию сессии, извлекает фрагменты, релевантные для концептуализации случая, предлагает структуру клинической заметки и занимается календарём и биллингом.
Граница чётко проведена на уровне продукта и коммуникации: AI предлагает материал, терапевт принимает клиническое решение. Заметка, сгенерированная моделью, — это отправная точка для редактирования и проверки, а не готовая интерпретация. Когнитивная диаграмма, модель порочного круга или анализ ABC создаются как рабочий материал для дальнейшей концептуализации, а не как диагноз.
В контексте данных HBR эта рамка приобретает дополнительное значение. Если масштаб потребностей пациентов настолько велик, что они ищут поддержку в инструментах без клинического надзора, то на стороне профессионалов время терапевта растёт в цене. Время, которое сегодня — согласно нашему валидационному исследованию из 14 интервью с психотерапевтами — отнимает от десяти до пятнадцати часов административной работы и документации в месяц. Время, которое можно было бы перенаправить на работу с пациентами.
Заключение
Отчёт Harvard Business Review — это не аргумент в пользу замены психотерапии искусственным интеллектом. Это диагноз социального явления: люди ищут помощь там, где могут её найти, в темпе и форме, подходящей их повседневной жизни. Вывод для профессии должен состоять в разговоре о двух параллельных задачах — расширении доступа к профессиональной терапии и чётком проведении границы между тем, что технология может поддержать, и тем, что остаётся в компетенции терапевта.
Для нас, как команды, создающей инструменты для CBT-терапевтов, это подтверждение направления. Данные HBR придают достоверность гипотезе о том, что неудовлетворённая потребность в психологической поддержке — это масштаб явления, а не его периферия. И что тем важнее работать над тем, чтобы дать терапевту — человеку, который безопасно и содержательно отвечает на эту потребность, — больше времени, лучшую структуру работы и меньше административной нагрузки.
Этот текст анализирует опубликованные рыночные данные и не является рекомендацией продукта. Therapy Support не является медицинским изделием по смыслу MDR и не принимает клинических решений. AI в платформе поддерживает документацию и организацию материала — все клинические решения остаются за терапевтом.
Источник: Marc Zao-Sanders, How People Are Really Using Gen AI in 2025, Harvard Business Review, 9 апреля 2025, hbr.org/2025/04/how-people-are-really-using-gen-ai-in-2025.